Ничья Земля

Мотоцикл в микроавтобусе Сулеймана, я на пассажирском сиденье. Мы покинули границу Западной Сахары и выехали на ничью землю. No Man's Land. Отрезок длиной в несколько километров, не подконтрольный ни одному государству. Первое, что приходит на ум: мир после ядерной войны. Узкая песочно-грунтовая дорожка петляет между действующих, но уже бесхозных минных полей. Съезд в сторону с дороги чреват настоящим риском для жизни. Обочины петляющей тропы завалены остовами разного рода автомобилей — тех, которые так и не смогли импортировать в одну из стран и бросили как есть.

Здесь мы снова встретили Кристиана, который застрял на границе намного дольше нас. Я забрался в его автобус и мне вручили ледяную банку пива. Полустертая краска на жестяных боках намекала на то, что банка пролежала немало времени в тайнике посреди этих ничейных земель. Ввозить алкоголь в Мавританию строжайше запрещено, так что в случае неудачи напитки иногда постигает участь автомобилей — они остаются здесь до лучших времен. Кристиан откопал несколько и засунул в холодильник. Мы сидели в автобусе, вальяжно откинувшись в креслах, курили и щурились в залитую солнцем пустошь за окнами...

Позже мы с Сулейманом отправились на штурм мавританской границы. В некотором роде я был рад, что мой мотоцикл в минивене, ведь Сулейман знал все тонкости и хитрости местных процедур, и мне не пришлось отбиваться от назойливых помогал и лишних трат. Но что меня ввело в ступор, это цена визы. Два месяца назад однократная виза на 30 дней стоила 50 евро. Теперь же ее цена составляла 120 евро! Я слышал от путников об этом, но до последнего отказывался верить. За что? Позже я понял за что. Мавритания — молодая страна, в которой, по большому счету, нет ничего. Когда разговор заходит о власти, становятся очевидными все проблемы человеческой натуры, которая «дорвалась». Вместо того, чтобы развивать туризм, транзит бизнесменов и страну в целом местные власти больше озабочены складыванием денег себе в карман. Вся страна по сути кормится с дороги — потому что на западе Африки это единственный путь с севера на юг. Хочешь не хочешь, ты проедешь здесь. И на это рассчитано абсолютно все. Не нравится цена за визу? Никто не держит, ищи другой путь! Не нравятся поборы на каждом полицейском посту? Ответ тот же. Асфальтовая дорога с севера на юг, которую проложили три года назад, — вся в трещинах. Сэкономили. По краям дороги изредка появлялись уродливой формы квадратные бараки, сделанные из подручных средств: несколько домиков вдоль дороги посреди пустыни, гордо называемые деревнями. Иногда встречались деревни побогаче, но почему-то выглядевшие заброшенными.

Мавритания была единственной страной, о которой я заранее поискал информацию: этому способствовали вездесущие плашки в интернете, на которых посольства развитых стран убеждали посещать эту страну только в случае крайней необходимости — в том числе из-за участившихся случаев похищения людей. И хоть я и был готов к тому, что увидел, но все же в душе надеялся, что слухи, как обычно, преувеличены. Впрочем, теперь, спустя некоторое время, я могу сказать, что в целом не чувствовал опасности в этой стране. Местное население индифферентно к путешественникам, и весь негатив порождают представители власти и огромный сонм паразитов, что вьются вокруг. Для них путешественник — это всего лишь мешок денег, который надо облегчить.

По дороге в Нуакшот, столицу Мавритании, мы остановились в придорожном кафе — закупить воды и еды. Здесь я повстречал Марка. Молодой швейцарец, обгоревший на солнце, сперва показался мне миражом. Доехать сюда на велосипеде?

496

Количество просмотров